ие молодые челюсти жевали твердокопченую колбасу. Прокуренные легкие и
  мозг старого зэка (а всего-то сорок лет недавно стукнуло) втягивали дым
  конопли. В "третьей истребительной" на улице Вавилова хирурги врачевали
  избитых братков Гитлера... "У меня нюх",- сказал Стас. И все-таки жизнь
  одного была в опасности.
  
  ...Пили не в меру. Хвастались. Хвалились, кто кого и как "уделал". Стелился
  дымок анаши. Киндер обнимал Зверева за плечи и говорил, что они теперь
  кореша по жизни. Сашка кивал. За окном ветер нес мокрый снег... Настя
  смотрела огромными глазами.
  
  - У тебя права есть, Сашок? - спросил Киндер.
  
  - И обязанности тоже,- ответил Зверев.
  
  - Ха! Этого дерьма у всех навалом... Я про автомобильные... Есть?
  
  - Валялись где-то.
  
  - Вот и хорошо. Бибишку тебе купим. Чего за мужик без бибишки?
  
  - На веревочке? - спросил Сашка, а сам подумал, что машина будет кстати.
  
  - На золотой цепуре, Саня,- сказал Киндер и рассмеялся.
  
  Он давно уже рвался в лидеры, но при Лысом об этом не могло быть и речи.
  После ареста Виталия "руководящие посты" распределились между Стасом и
  Киндером. Вдруг появился Зверев... Киндеру Зверев очень сильно не
  понравился.
  
  - На золотой цепуре, Саня!
  
  * * *
  
  Прошла неделя.