.. все было знакомо и незнакомо одновременно. За годы
  работы в розыске оперуполномоченный Зверев побывал в Крестах сотни раз. И
  не только в Крестах... Сашка стоял на галерее второго этажа, слушал
  знакомый гул. Теперь он воспринимался по-другому. Контролер звенел ключами,
  бубнили голоса за дверью камеры "два-девять-три"... ну, за успехи по
  вымогалову!
  
  Дверь открылась.
  
  - Заходи,- сказал контролер.- Уснул, что ли?
  
  - Куда? - закричали голоса из сводчатого помещения камеры.- Куда на хер? И
  так уже дышать нечем. Нас тут аж восемь рыл.
  
  Сашка смотрел в проем, наполненный людьми, глазами, шконками.
  
  - Заходи, Зверев,- повторил контролер. Сашка сделал два шага вперед. Дверь
  за ним захлопнулась, голоса враз смолкли. Восемь пар глаз смотрели на него
  из глубины "ментовской хаты".
  
  * * *
  
  - Сука! - сказал полковник.- Сука. Ты спала с ним.
  
  Настя презрительно сощурила глаза. Тихорецкому было хорошо знакомо это
  выражение. Он влепил жене пощечину - голова мотнулась, не прикуренная
  сигарета упала в тарелку. Пал Сергеич тихонько матюгнулся. Бить-то ее,
  суку, пожалуй что и нельзя: хрен его знает, что там в мозгах после этой...
  как ее?.. дуральной гематомы. Докторишки говорили: возможны последствия.
  
  -