е начал ощущать, как мороз запускает пальцы под
  одежду.
  
  - А деньги, Саша, придется вернуть.
  
  - Какие деньги, Пал Сергеич?
  
  - Брось, Саша, не дури... Деньги нужно вернуть.
  
  Тихорецкий говорил уверенно, твердо, вокруг глаз собрались морщинки. Зверев
  молчал. Пауза затягивалась, на набережной шумели машины.
  
  - Ты, видимо, не до конца понял, в чей карман ты залез,- сказал полковник.
  Зубы в тени блеснули узкой белой полоской.
  
  - В чей же? - равнодушно сказал Зверев. Тихорецкий демонстративно
  поморщился.
  
  - Как только деньги вернутся, ты выйдешь отсюда. Я гарантирую... ты меня
  знаешь, я слово держу.
  
  - Ничем не могу помочь, Пал Сергеич. Рад бы... да не могу.
  
  Скрипнул снег под ногами полковника МВД. Полковник пришел в следственный
  изолятор вернуть добытые преступным путем сто пятьдесят тысяч баксов.
  
  - Саша, не дури,- сказал Тихорецкий внешне спокойно, даже дружелюбно, но
  Зверев все же уловил в голосе скрытую угрозу.
  
  - У меня нет денег,- ответил Зверев и улыбнулся.
  
  - Выбирай: либо свобода, либо...
  
  - Что? Что - либо?
  
  - Дурак, ты же не представляешь моих возможностей. Сядешь так, что твои
  деньги тебе уже не понадобятся. Сгниешь в зоне.
  
  - Что же ты пугаешь, полковник?
  
  Тихорецкий