твоего
  "помощника" замочил Зверев,- уперся. "Нет, Паша, и так ты в блуд меня
  втравил,- сказал он.- Я по закону живу, а наш закон в ментовку обращаться
  запрещает".- "Ты что, Магомед? Ты уже давно со мной ментом, в одной упряжке
  идешь".- "Это другое... это барыжные дела..." Переубедить его Павел Сергеич
  не смог, дагестанец стоял непоколебимо, как скалы кавказские.
  
  - ...Только оперативной информацией,- ответил Тихорецкий.- А прокуратура
  поспешила отнести смерть помощника на несчастный случай: пьян, явных следов
  борьбы нет... вы же понимаете.
  
  - Если у вас нет доказательств, Павел Сергеич, извините - суд не может
  принять во внимание вашу версию.
  
  - Марина Вильгельмовна,- сказал полковник,- мы с вами оба юристы, но как
  будто на разных языках говорим. Неужели вы не хотите помочь общему делу?
  
  - Павел Сергеич! Сформулируйте, пожалуйста, точно: что же вы от меня-то
  хотите? Видимо, я чего-то не понимаю...
  
  Тихорецкий улыбнулся как можно более обаятельно и сказал:
  
  - Да чего же тут непонятного, драгоценная Марина Вильгельмовна? Зверев
  должен быть наказан строго. Так строго, чтобы у других сотрудников не
  осталось больше иллюзий... Это ведь не мое личное желание, это мнение
  руководства ГУВД. Хотя мой