, в центре, они уже имели
  хождение. Халдеи в престижных кабаках, шустрые приблатненные таксисты и
  проститутки млели от этих бумажек и безошибочно разбирались в портретах
  американских президентов. В сортирах, подъездах и проходных дворах центра
  города-героя Ленинграда перетекали из рук в руки валютно-рублевые потоки.
  Случалось - текла кровь. Страшный гнойный нарыв, невидимый глазу простого
  обывателя, старательно замалчиваемый прессой, вызревал. Еще не принято было
  говорить о наркомании, но она уже была... еще писатель Кунин не написал
  слащавую "Интердевочку", а похотливые козлы могли найти здесь проституток
  обоих полов. Много здесь было грязи. Невероятно много.
  
  Разгребали ее опера двадцать седьмого. Однажды Сухоручко сказал Звереву:
  
  - Поехали, Саня, трупик у нас.
  
  Сашке стало почему-то неуютно. Покойников за свою жизнь он видел всего
  дважды. И оба раза это были пожилые люди, умершие естественной смертью...
  Он ничего не спросил, собрался и вышел вслед за капитаном. Машин, как
  всегда, не было - в разгоне. Поехали на трамвае. Убийство, мелькало в
  Сашкиной голове зловещее слово. Страшное слово...
  
  А оказалось еще страшнее... Девятилетний мальчик висел в петле из бельевой
  веревки, валялась на полу