е небольшой. Еще недостаточный, чтобы его приняли в
  круг зоновской элиты. Но на него уже обратили внимание.
  
  Спустя некоторое время после выхода из ПКТ у Сашки состоялся разговор с
  опером.
  
  - Ну, ты, Зверев, зла-то на меня не держи,- сказал Олег Павлович.- У меня к
  тебе претензий нет... просто - так было надо.
  
  - Кому это было надо?
  
  - Да вашим, питерским. Филатов-то с горпрокуратуры зря, что ль, приезжал?
  
  Зверев пожал плечами, а опер спросил:
  
  - Что там они от тебя хотели-то?
  
  Сашка подумал... прикинул, что кое-что лагерному оперу можно рассказать без
  потерь для себя. И даже с определенной выгодой. Он пожал плечами и ответил,
  что, мол, отбывая в тюрьме, организовал ремонт и окраску автомобилей, был в
  контакте с хозяином. Теперь прокуратура и бэхи копают под хозяина -
  добиваются от Зверева показаний. Вот отсюда и прессовка. Понятно?
  
  - Понятно,- сказал опер.- Что ж ты сразу-то не сказал?
  
  - А кто у меня спрашивал?
  
  Таким образом опер, а от него кум и хозяин узнали, что, находясь в ШИЗО, а
  затем в ПКТ, Зверев прикрывал их коллегу. Корпоративные чувства есть у
  представителей любой профессии... У сотрудников ГУИН тоже.
  
  * * *
  
  В начале декабря девяносто пятого года завхоз 16-го отряда