облему с
  Давыдовым. Понял?
  
  Потом капитан передал Сашке заявительницу (вот,- сказал он,- один из наших
  лучших оперативников и мой, так сказать, ученик. Мы с ним вместе в прошлом
  году вооруженного преступника взяли. Об этом и в газетах было. Не читали?)
  и убежал, засовывая в карман наручники. Сашка стал работать с
  заявительницей. Он подробно расспросил женщину о краже кошелька, тщательно
  описал его и т.д. и т.п. Бумага получилась солидной, на двух листках. Под
  конец Сашка заверил женщину, что уголовный розыск примет все меры к
  раскрытию кражи.
  
  Тут аккурат пришел Семен Галкин. Когда он услышал последние фразы Зверева,
  то поскучнел и решительно вмешался в разговор.
  
  - А что, извините, случилось-то? - спросил он и взял у Сашки бумагу.
  
  Семен читал и слегка покачивал головой. В глазах светилась вековая скорбь
  иудейского народа.
  
  - А вы, гражданочка, видели, как произошла кража? - поинтересовался Галкин
  вежливо.
  
  - Нет, разве усмотришь?
  
  - Да, действительно... Вы извините, Людмила Андреевна, но, думаю, надо это
  заявление переписать.
  
  - А что такое? - насторожилась заявительница.
  
  - Да пустяк,- сказал Семен,- мелочь... Бюрократические, знаете ли, штучки.
  Сотрудник молодой, неопытный...
  
  -