народной артистки Фрумкиной... тьфу!.. в квартиру одного скрипача, набил
  вещичками рюкзак и чемодан. Тут, как на грех, скрипач внезапно приходит.
  Лева - раз! - и вещички в окно. Но сам не прыгает - высоко, третий этаж
  дома дореволюционной постройки, потолки пять метров! Сам не прыгает, а
  является перед ошеломленным скрипачом и говорит: так, мол, и так, здрасьте
  - я вор. Хозяин - натурально - в столбняке. Вор я, говорит Лева, ножкой
  смущенно по паркету старинному елозит. Взор потупил... Сирота, родители
  алкоголики... голодаю. Но я же ничего не украл! Вот - руки-то пустые...
  отпустите, дяденька, Христом Богом прошу!
  
  Ну, хозяин по мягкости интеллигентского характера да и от растерянности
  отпустил Леву. А тот подобрал во дворе вещички - и ноги в руки. Потом-то
  хозяин прочухался, увидел, что обнесли его не слабо, и побежал в милицию.
  Левку быстро установили по приметам и взяли. Так вот и подсел талантливый
  еврейский мальчик Левушка Караган.
  
  Свежий коровий шлепок на зеленом лугу каждый день напоминал Звереву про
  Леву Карагана.
  
  Больше Сашка его не встречал.
  
  * * *
  
  "Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере в Петербурге; для
  него он составляет все. Чем не блестит эта улица - красавица