ше уважения
  - они, по крайней мере, рисковали. И среди них встречались интересные люди.
  И характеры.
  
  ...Возле "Европейской" Сашку окликнули:
  
  - Александр Андреич!
  
  Зверев обернулся и увидел известного каталу Сперанского по прозвищу
  Сенатор. Сенатор был, как всегда, в безупречном костюме, хорошем галстуке и
  длинном, до пят, белом плаще. Холеное аристократическое лицо, холеные руки.
  О, руки Сенатора! О них ходили легенды. "Возможно, Саша,- сказал Звереву
  Сухоручко,- один из лучших стирал в Союзе. И человек весьма неглупый и
  порядочный". Вот так - порядочный шулер... интересно.
  
  - А... Игорь Станиславович. Здравствуйте. Прогуливаетесь?
  
  - Пообедать собрался... Не желаете присоединиться? Сейчас очень хороший
  повар появился в "Европе". Такие котлетки по-киевски строит - просто
  прелесть.
  
  - Так на оперскую зарплату в "Европах"-то не едят.
  
  - Пустое, Александр Андреич. Я вас приглашаю... Посидим, пообедаем,
  поговорим. Кстати, Мушка подойдет.
  
  - Благодарю, но, извините,- принципы. Господину Мушону, кстати, передайте,
  чтобы зашел ко мне. Не он ли грузинских барыг в "Ленинграде" кинул? -
  ответил, посмеиваясь, Зверев.
  
  - У меня, Александр Андреевич, тоже принципы. Я, знаете ли, на такие
  вопросы