устал. Ему хотелось перемен, и он верил в них.
   Вместе с Полиной на буровую летел новый начальник УБР "Роснефтегаз" в Ираке Камиль Фахрутдинов. Ему было сорок лет, и он с интересом бросал взгляды на симпатичную молчаливую попутчицу, представившуюся как заместитель начальника некоммерческого охранного предприятия ГОТС. Просто она, как и Хазраджи, устала. Задания, нервы, расставания, перелеты, все перемешалось и казалось вечным, как муки ада.
   Кроме Ухорской и Фахрутдинова на борту вертолета находились четыре человека - охранники ГОТС. На время подготовки и проведения диверсионной акции они брали на себя функции по охране объекта.
   Хайдар встречал представителя разведки вместе с Гюрзой. Когда лопасти "вертушки" безжизненно обвисли, по лестнице спустился Камиль Фахрутдинов, подал руку женщине, помог ей с багажной сумкой.
   - Секретарша у него классная! - облизнулся Гюрза на Ухорскую. - Я бы...
   - Ты бы помолчал, - оборвал товарища командир. Он так и не понял - этот коренастый с монголоидным лицом тип и есть тот самый представитель, которого они ждали? Судя по всему - он. Кроме четверки парней, ставших кучей, больше "восьмерка" с бортовыми номерами 962 никого не "выкинула".
   Алексей был обеспокоен последними новостями, напрямую связанными с действиями его группы. Иракские репортеры и государственные деятели всех рангов на все лады комментировали ночные события, произошедшие на окраине западного района Багдада. Аль-Байя окнами своих магазинов, лавок и приземистых жилых домов еще не видел столько журналистов, военных и полицейских. В каждом доме, в каждом заведении телевизоры были настроены на национальный канал, где с получасовыми перерывами демонстрировалась оперативная видеозапись спецоперации по ликвидации курдской группировки, во время которой погиб генерал Тихомиров. Трупы террористов крупным планом; тела гвардейцев, убитых курдами в доме генерала; сам он - со страшным ранением головы, приоткрытым ртом, лежащий а луже крови; короткий