е. Для того, чтобы закончить ее вот так, в безжизненной полупустыне, в окружении противника, став заложниками своей нелегкой профессии.
   Маневрируя и держа фланги в напряжении, Гюрза оказался в десяти метрах позади командира. Все активнее смещались по флангам иракские солдаты, оттягивая Сергея к самой опасной на данный момент зоне, туда, где продолжали рваться выпущенные вслепую гранаты.
   Перелет - недолет - точное попадание. Наверное, по этому принципу действовали иракские бойцы, обстреливающие диверсантов из гранатометов. Все же в их рядах присутствовала доля смятения, отсюда и несогласованность в действиях, корявые заходы по флангам, неэффективный огонь из стрелкового оружия, словно холостыми пулями.
   Но все чаще стали слышны резкие окрики командиров, которые так и не определились, сколько русских спецназовцев сдерживают напор. Из десяти укрывшихся за БТРом солдат в живых осталось трое, остальные были убиты гранатными осколками. Некоторые из командиров хотели дождаться утра, вертолетов, лишь бы уберечь личный состав.
   Перелет - недолет...
   Гюрза поймал в оптический прицел голову укрывшегося за дюной солдата, своего ровесника, но нажать на спусковой крючок "винтореза" не успел - ему под левую ногу ударил, разрываясь, шрапнельный фугас...
  
  ***
  
   Прикрывать фланги было некому, и капитана взяли в кольцо. Но он продолжал отступать до последнего, отчетливо понимая, что его намерены взять живым. Когда он остался один, остался и единственный шанс помочь уходящим к базе товарищам. Он уже достаточно выиграл время, но мог сделать еще больше. Зная, какие муки его ждут впереди и какая грозит смерть, Алексей, отбросив автомат в сторону, понял руки и медленно встал на ноги.
   Он сдавался, не сомневаясь, что по горячим следам ему устроят допрос. Он добровольно сложил оружие, а значит, и его показания должны носить чистосердечный характер. Никто не сможет проверить, сколько действительно русских спецназовцев погибло во дворце, сумели ли они