рал паузу. - Сколько, по-твоему, займет одна только оперативная работа по поиску Альбаца? - спросил он Холстова. - От месяца и больше?
   Вместо подполковника ответил майор Лекарев:
   - Завтра либо сам Альбац, либо его доверенное лицо прилетает в Москву.
  
  ***
  
   В день открытия выставки вооружений SOFEX-2002 (Special operation forces exhibition & conference), проходившей в столице Иорданского Хашимитского Королевства Аммане и посвященной техническому оснащению и экипировке Сил специального назначения, возле одного из стендов российской экспозиции, представленной продукцией девяти отечественных фирм, остановился представительного вида мужчина, который мог сойти за своего и в Хайфе, и в Рамаллахе.
   Он улыбнулся техническому эксперту - симпатичной блондинке, расположившейся за столиком, с которым соседствовал стеллаж с рекламными проспектами. Позади россиянки, одетой в темную кофточку с короткими рукавами и обязательным бейджем на длинном шнурке, высился щит, большую часть которого занимало лицо в черной маске. Глаза у русского спецназовца стальные, брови сурово сдвинуты к переносице. По верху щита шли большие буквы: RUSSIA. Чуть ниже эмблемы, под которой был изображен готовый к выстрелу с колена спецназовец в черной униформе, шла броская надпись: ROSOBORON-EXPORT. Правую часть немного закрывал телевизионный экран, на котором беспрерывно крутились рекламные ролики из области разработки и производства специальных технических средств (СТС). Рядом с ним скучали парни из службы безопасности российской экспозиции.
   Верхняя часть овала эмблемы походила на подкову - во всяком случае, так показалось Антону Альбацу. Двуглавый орел держал щит с буквой R посередине, поверху проходила надпись: Russians Defence Export.
   Двое иранских посетителей выставки, одетые в военную форму, недолго постояли у этого стенда и перешли к экспозиции, где демонстрировались средства для защиты информации от прослушивания и утечек по техническим каналам связи. Не считая