из гостей частенько бросал взгляды на черный факс марки "Панасоник", извещавший о своей готовности подсвечивающимися кнопками. Не тот ли это факс, который поднял на ноги вначале его, потом советника президента Ирака, а затем и "самого"? - спрашивал себя иракский посол. Не с него ли ушли за три с половиной тысячи километров несколько копий? С него, недобро щурился дипломат, слушая звенящую пустоту кабинета. Вот-вот она разразится телефонным звонком, который положит окончание этой неспокойной ночи. Не рассвет, который уже заглядывал в окна, а именно звонок. День теперь вступал в свои права по звонку.
   Серегин не скрывал удовлетворения на своем полном лице. Он завершал работу, начатую в Москве - не вчера, а в тяжелый день - понедельник, 9 декабря, когда в одном из кабинетов "Аквариума" собрались трое: Холстов, Ухорская и Лекарев. Хотя, если честно, все завертелось в Копенгагене, когда оперативники военной разведки выявили связь между вице-консулом Борисом Рощиным и вторым лицом в преступном картеле Альбаца Зиновием Штерном.
   А вот и долгожданный звонок. Резидент ГРУ с молчаливого согласия российского посла снял трубку и еще раз поздоровался с подполковником Холстовым:
   - Да, я, Анатолий Николаевич, привет... Ага... Ага... Понял, даю.
   Серегин передал трубку иракскому послу в Дании. Тот повел себя весьма дипломатично, разговаривая с советником по безопасности, находящемся в аэропорту имени Саддама Хусейна, на английском. Еще не окончив разговора, он протянул руку. Резидент, улыбаясь, вручил ему бумаги - но не все, что передал Рощину Антон, а лишь договоры на поставку запрещенного к применению оружия и товарно-транспортные накладные с указанием веса отравляющего вещества в боеприпасе. Остальным документам будут весьма рады в ФСБ.
   Вот и все, облегченно выдохнул резидент, глядя в окно на отъезжающую машину иракского посла. Вот и все.
  
  Эпилог
  
  Было раннее утро...
  
   ОТЧЕТ командира группы специального назначения № 267
   Приложения -