чно пояснила:
   - ГРУ. Ты должен был догадаться об этом с первым ударом. А теперь - как в сказке: с двенадцатым ударом твоя морда превратится в тыкву. Давай, Золу-шок, поговорим откровенно: от кого ты получил задание и, главное, мотивы. Будешь петь так же хорошо, как Николай Носков, это тебе зачтется. Звони резиденту, - сказала она Холстову, - мальчик рвется на родину. "Первым классом от Земли улетаем". Скажи себе: "Вот это я попал!" - и начинай колоться.
   - Паша, - сказал Холстов, - ты ненормальная.
   - Не разглашай секреты - мы не одни. - Она снова сосредоточилась на Прозорове. - Давай, друг, не тяни время. Чем быстрее ты закончишь, тем скорее тебя положат в багажник посольской машины. Давай я помогу тебе: ФСБ - УРПО - седьмой отдел, - попробовала угадать Ухорская. - Знакомые звенья?
   - За мной стоят большие люди, - тихо заговорил Прозоров. - Вы срываете задание, за которое вам придется отвечать.
   - Вот это уже интересно. Давай-ка про больших пацанов поговорим. Фамилии, должности можешь назвать? Может, мы напугаемся и отпустим тебя.
   - Я ничего не скажу.
   - Ладно. Как хочешь. В "Аквариуме" разговоришься. Там без труда отработают твои установочные и биографические данные, официальные и информационные связи. Сползай потихоньку с кресла, поворачивайся на живот, руки за спину. Шевельнешься - получишь пулю в голову. Я уколю тебя - небольшая инъекция тебе не повредит. Не заметишь, как очутишься в Москве.
   Ухорская вынула из кармана халата шприц и зубами сняла с него защитный колпачок. Холстов, держа пистолет двумя руками, подошел ближе и контролировал каждое движение Прозорова. Колебания в голосе подполковника шли вразрез с его действиями, его манерой держать оружие и чуть склоненную к нему голову. Несомненно, у Холстова в этом вопросе был свои стиль, и опытный Прозоров понял это сразу: подполковник выстрелит в него не колеблясь. И попадет. В глазах офицера ГРУ намертво застыли спортивные нормативы по пулевой стрельбе: шестьдесят