части зияло ровное отверстие.
   Они обошли весь дом, отдавая себе отчет в том, что никого не найдут. И это для обоих стало облегчением: возможно, Рощин и Ухорская еще живы.
   - Нет трупов, нет и дела, - выдал очередной и буквально черный перл Киселев.
  
  Глава 7
  
  Игры в "дочки-матери"
  
  24
  
   Копенгаген, 13 декабря, пятница
   Федеральная служба безопасности России наравне с МВД имеет право заниматься коммерческой деятельностью. Для этого создаются дочерние предприятия, которые заключают договора, подписывают контракты, переводят деньги и так далее. Средства идут на собственные нужды ФСБ. Большая часть их, равно как и источники доходов, строго засекречены. Такие фирмы нередко принимают заказы и от других ведомств - МИД России в частности. Важнейшие департаменты правительства - то же Министерство иностранных дел, не говоря уже об МВД, работают в настолько тесной взаимосвязи с разведчиками, что порой трудно различить официальную и тайную политику.
   - Главное дочернее предприятие ФСБ - это "Вымпел интерпрайз", - продолжал Антон Альбац, неторопливо прохаживаясь по кабинету. В основном он смотрел прямо перед собой, и лишь изредка его взгляд останавливался на ранней гостье - чересчур ранней гостье - Полине Ухорской. Информация - это луч света, как правильно заметил Антон. Он нашел логику ФСБ, заказавшую его, как только услышал об ученых-химиках, якобы работающих на одном из секретных объектов Ирака. "Якобы" Антон отбросил сразу, просто он сам приложил руку к тому, чтобы россияне оказались на секретном объекте Ирака. Все встало на свои места вчера вечером, за несколько часов до встречи с подполковником ГРУ. Скрывать что-то не было смысла.
   Значит, это правда, думала Ухорская. Немецкий журналист-международник Клаус Кауфман не без оснований ссылался на некий информированный источник. Задание руководства она выполнила и в этом вопросе нимало не забегала вперед. Все начало вставать на свои места с первыми признательными словами Антона, человека,