отому, что подставляли сына судьи. А технически или физиологически - черт его знает - еще и под изнасилование преступникам Илью подвести было очень и очень сложно, поэтому они ограничились только изуверским убийством, проделав то, на что не способна только больная фантазия.
   Маргелов тяжело вздохнул и решился.
   - Знаешь, Валя, на похоронах Ильи я видел Курлычкина. Он смотрел на тебя из машины.
   С момента ответа на запрос о владельце "Митцубиси" прошло довольно много времени. Ширяева продолжала сжимать в руках листок бумаги с данными на Ивана Мигунова, следившего за Ильей, снимающего его на видеопленку. Этого Валентине вполне хватило, чтобы сказать себе: следствие закончено, вина установлена, впереди - наказание.
   Она нашла в себе силы горько усмехнуться: выходит, Курлычкин с самого начала играл с ней в открытую.
   - Да?.. - Она подняла глаза на Маргелова. - А почему раньше не сказал? Боялся, жалел?
   К лидеру "киевлян" очень трудно подступиться, думала Ширяева, взяв себя в руки. Наводить о нем справки в соответствующих органах она не собиралась. Даже контакты с Василием Маргеловым придется прервать. В туманном пока плане, рождающемся в голове судьи, просматривалось, однако, четкое ядро: ей предстояла встреча с человеком, ближе которого у Станислава Сергеевича Курлычкина не было. Так и будет - Валентина твердо решила довести дело до конца. Уверенности прибавлял и материальный задел - деньги, полученные от Сергея Белоногова.
   - Значит, ты видел Курлычкина в машине, - Ширяева покачала головой. - Так-так...
   Василий замер под ее изменившимся взглядом.
   - Что ты собираешься делать? - настороженно спросил он.
   - Для начала проверю на прочность нервы Станислава Сергеевича. Кстати, его главный офис находится на Киевской?
   Маргелов счел за благо не отвечать: Ширяева, рассматривая в суде дело Максима Курлычкина, знала