жется, я вас знаю. Давно знаю.
   Валентина медленно кивнула головой.
   - Да, мы встречались в зале суда.
   Дышать Максиму внезапно стало легче, он хватанул сразу столько воздуха, что едва не задохнулся от его избытка.
   Судья... Народная судья... Точно, это она.
   Он почувствовал, как зашевелились на голове волосы. Он отказывался верить своим глазам, слуху, который различил знакомые интонации властного голоса. Одно только слово навело на него столько ужаса, что справиться с ним было почти невозможно. Оно несло в себе неотвратимое возмездие.
   - Я вижу, память возвращается к тебе быстро.
   Если ты не забыл, меня зовут Валентина Петровна.
   Вот так и называй меня. - Видя, что парень не реагирует, она продолжила:
   - У тебя есть еще вопросы?
   Вопросов у него накопилось множество, но он не в силах был произнести ни слова. Он молча проводил судью взглядом.
   В голове был полнейший хаос, судебные термины перемешались между собой и просились наружу: рассмотрение дела, оставить без изменения, приговор привести в исполнение прямо в зале суда.
   - Эй! - рискуя оторвать руку, Максим дернулся к двери. - Эй! Так же нельзя! Вы в своем уме?
   Валентина появилась в комнате с миской моркови. Поставив ее на стол, вернулась на кухню и принесла с собой пустую чашку и терку. Устроившись за столом, она стала медленно натирать морковь, пояснив пленнику:
   - Это наш с тобой завтрак. Ты любишь тертую морковь с сахаром?
   Не отвечая на вопрос, Максим покачал головой.
   - Вы сумасшедшая...
   - Не более, чем ты. Или твой отец. Кстати, у тебя красивое имя: Максим. Мне нравится. Моего сына звали Ильей. - Валентина дотерла одну морковь и принялась за другую.
   Ни с того ни с сего парню припомнился пикник на даче - с шашлыками, зеленью, грузинским вином.
   На дворе стояла довольно прохладная осень, но солнце светило