ельстве мужа, они всей семьей выбрались на природу: жарили шашлыки, пили сухое красное вино. Стае удивил, сказав о "правиле жизни": белое вино - к рыбе, красное - к мясу. А ведь не так давно пил любое вино, совсем не закусывая. Тогда Нине захотелось спросить: а если рыба в томате - например килька, - какое вино к ней подавать: красное или все же придерживаться "правила жизни"? Слава богу, не спросила, помня о взрывном характере мужа, способного вскипеть из-за пустяка. А Стае вдруг вспомнил, что Максима хотели назвать Ярославом...
   Вместе они прожили еще около месяца. Стае часто выпивал, хотя об этом свидетельствовал только легкий запах, скорее всего от пива или от незначительной дозы вина. Он ездил на машине, и жена боялась, что он может попасть в аварию. Но попала сама и надолго. И очень скоро.
   - Что Максим натворил? - повторила она теперь уже усталым голосом. Трудно бороться за сына на расстоянии - на расстоянии с успехом удавалось лишь переживать за него.
   Маргелову было искренне жаль эту женщину, но ее участие в разработанном Валентиной Ширяевой плане было необходимо, и он поспешил успокоить Нину - для того чтобы чуть позже нанести новый удар.
   - Пока ничего определенного сказать не могу, - ответил он.
   - Вот как? В таком случае зачем вы вообще пришли?
   - Когда ваш муж звонил вам последний раз?
   Нина хотела ответить, что не замужем, но переборола в себе это желание.
   - Вчера под утро. Вас интересует точное время?
   Маргелов кивнул.
   Хозяйка уточнила:
   - Примерно в четверть пятого.
   - Можете передать содержание разговора?
   - Ну, он спросил, не у меня ли Максим. Я ответила, что нет. Он положил трубку. Вот и все.
   - Коротко. Вы не поддерживаете отношений с мужем?
   - Я могу не отвечать на этот вопрос?
   - Как хотите.
   Маргелов замолчал, изучая лицо Нины Владимировны. Ее лоб был