тривает на часы), и она, презрительно оглядев его, бросит свое последнее "прощай".
   Дурацкая ситуация, хуже не придумаешь. Если бы кто-то рассказал Маргелову, что он окажется в таком вот дерьме, ни за что бы не поверил.
   - Так что ты решил?
   - А?.. Ничего, я думаю.
   - Думай быстрее, Вася, у меня нет времени. - Валентина сняла телефонную трубку, палец держала на клавише, готовая отпустить ее и набрать номер.
   - Скажешь, где ты держишь Максима?
   - Скажу. Только после встречи с Курлычкиным.
   А то ты, думая, что спасаешь меня, привезешь Макса родному папочке. Вот тогда мне точно несдобровать.
   Пока Максим сидит в погребе, я в относительной безопасности. Так что ты решил? - повторила она. - Поможешь?
   Не глядя на женщину, Маргелов отрицательно покачал головой.
   Ширяева, не мешкая ни секунды, положила трубку на место.
   Следователь успел подумать, как же ему полегчало. Даже ощутил легкую испарину на лбу. Но удивился: как-то подозрительно быстро сдалась Валентина.
   Удивление быстро сменилось подозрением.
   Отвечая на его немой вопрос, Ширяева ответила:
   - Я не дам этому сукину сыну времени для передышки. Я позвоню ему из вестибюля его же офиса.
   Я буду долбить его, пока он не сдохнет.
   Не глядя на следователя, Валентина вышла из кабинета. Маргелов едва переборол желание кинуться вслед, чтобы вернуть ей оружие.
  
  49
  
   - Могу я услышать голос Курлычкина?
   Секретарь Станислава Сергеевича недовольно поморщилась, подумав, что воспитанных людей становится все меньше: звонившая даже не поздоровалась.
   Хотя звонит не в баню, а в солидную организацию.
   В основном абоненты, выходившие на связь с приемной Станислава Сергеевича, как и положено, представлялись.
   - Здравствуйте, - секретарь постаралась, чтобы ее голос прозвучал вежливо. - Разрешите узнать, кто его спрашивает.