е забывай про время: будильник тикает. И еще: я облегчу тебе задачу. Вижу, что твое гнилое положение не дает тебе права спросить, каким образом я собираюсь осуществить данные мною обязательства. Также ты еще не веришь, что вскоре отдашь соответствующее распоряжение относительно двух, будем говорить, единиц твоей бригады. Ничего, это временно.
   А пока отвечаю и постараюсь не смотреть на твою смущенную рожу. Кстати, тебе не кажется, что мы в некоторой степени симпатизируем друг другу? Если так дело пойдет и дальше...
   - Ближе к делу, - перебил ее Курлычкин.
   - Ладно, - кивнула Валентина. - Ты убираешь своих людей - уверена, лишних людей, которыми ты не дорожишь и которые в дальнейшем принесут тебе одни неприятности, - так вот, я нахожу их в контейнере и тотчас отдаю приказ своему человеку освободить Максима.
   Прежде чем задать очередной вопрос, который действительно казался глупым, равно как и весь разговор в целом, Курлычкин усмехнулся:
   - Как он узнает об этом?
   - Я позвоню ему. Могу воспользоваться твоим сотовым.
   - А ты?
   - Господи, - Валентина всплеснула руками, - какая забота! Клянусь, я не заслужила такого попечительства. Неужели ты считаешь меня дурой набитой?
   Как раз этот момент проработан мною очень тщательно. Я исчезну до того, как меня положат в тот же мусорный бак. И помни - именно сейчас я спасаю тебя, а ты можешь помочь своему сыну. Это будет самая удачная сделка в твоей жизни. Пока я не добралась до тебя, ты сумеешь исправить положение и прослывешь честным реформатором преступного сообщества, окончательно легализовав его. Сыграй свою партию.
   - Неужели ты такая самоуверенная?
   - Время, - напомнила Ширяева. - Боюсь, мой человек не успеет к звонку.
   - Неужели тебе не страшно? Ты только представь, что сделают с тобой через несколько минут.
   Валентина прикурила сигарету и заложила ногу