Грачевского поджидала Ширяева. Она уже начала нервничать и все чаще бросала взгляды на часы, когда заметила темно-красную машину с включенными аварийными огнями и напряженным Грачевским за рулем. На всякий случай Валентина подняла руку.
   - Щелкает что-то, не пойму где, - приветствовал Владимир Ширяеву, пытаясь разобраться в клавишах на передней панели. - Нажал какую-то кнопку...
   Все, вроде бы перестало.
   Он наконец улыбнулся, вытирая рукавом взмокший от напряжения лоб.
   - Куда едем?
   - На набережную, - распорядилась Валентина. - Там не такое интенсивное движение, поучишься водить. - Она пресекла попытку Грачевского возразить:
   - Мы договаривались, помнишь? Будешь слушаться меня безоговорочно.
   Грач кивнул. Нахмурившись, заглушил двигатель.
   - Тут такое дело, Валентина...
   - Ну что еще? - Ширяева уловила беспокойство в его глазах. - Что случилось-то?
   - Возле магазина я видел того парня, который следил за Ильей. Случайно. Я выехал за ворота, остановил машину, чтобы нацепить дворники, долго возился. Смотрю, останавливается иномарка, из нее вылезает парень - я сразу его узнал.
   Валентина едва не выкрикнула: "А он тебя?" Ведь Грач постоянно торчал у преступников перед глазами - в стареньком спортивном костюме, тапочках на босу ногу - типичный ханыга. Правда, видеть они его могли только со спины или вполоборота. И вряд ли тот парень узнал его сейчас.
   - Где он сейчас?
   - Не знаю. Когда я уезжал, он зашел в магазин.
   - А номер? Номер машины запомнил?
   - Иначе бы ты меня убила.
   - Слава богу... А ну разворачивайся, поехали к магазину, я сама хочу взглянуть на него.
   - Опасно, Петровна.
   - Поехали, я сказала.
   Грачевский, разворачивая "восьмерку", неоправданно глубоко утопил педаль газа, и машина, издав характерный визжащий звук, с пробуксовкой рванула вперед.
   Володя