а девушке был белый хлопчатобумажный джемпер,
  синтетическая юбка и голубые босоножки.
   Джерри почувствовал себя лучше, когда убедился, что дома больше никого
  нет. Бары открыты весь вечер, и все, кто в состоянии передвигать ногами,
  сидят там.
   - Привет, Диана, - сказал он. - Как поживаешь?
   Диана оторвалась от журнала и удивленно взглянула на брата. На ее лице
  лежал толстый слой косметики.
   - О, Джерри! Привет! А что ты тут поделываешь?
   Вопрос уместный. Корнеллы знали, что без крайней нужды никто не рискнет
  совать нос в их обиталище.
   Джерри повторил историю о страховой компании и несчастном малом, которого
  кто-то сбил на Портобелло-стрит. При этом он намекнул, что фирма могла бы
  заплатить за любую достоверную информацию об этом происшествии.
   Тетушка Норма перестала баюкать младенца, а Хью отставил бутылку и
  насторожился.
   - Жаль... - вздохнула Диана. - Если бы я знала...
   Хьюго в сердцах сплюнул на пол.
   - Дьявол! Какой шанс накрылся...
   - А я нынче никуда не выходила, - сказала тетушка Норма и, переложив
  младенца на буфет, принесла из темного угла картонную коробку, служившую
  люлькой. - Весь день дома просидела...
   Неужто опять не повезло и снова деньги на ветер?..
   Джерри развернулся, собираясь уходить, пока домой не заявились остальные
  родственники или эти не начали приставать. Но было уже поздно.
   - Джерри... - почти хором проговорили все трое.
   - ...я