он выманит у племянника,
  прошаркал по коридору к двери.
   Забыв о своих обычных предосторожностях и задыхаясь от жадности, он отпер
  засовы, повернул ключи во всех замках, снял цепочки и цепи и открыл дверь.
   За ней стояли два китайца. Дядюшка Эдмонд от неожиданности отшатнулся
  назад. Китайцы шарахнулись от невыразимого смрада, ударившего им в ноздри.
  Если бы не затуманенный страхом рассудок и не фатализм, присущий всем детям
  Востока, они бы, не раздумывая, повернулись и тотчас убрались восвояси.
   Но после всего происшедшего они настолько примирились с неизбежным, что,
  встав на избранный путь, только и могли, не сворачивая, идти вперед до
  конца, каким бы он ни был.
   От удивления дядюшка Эдмонд вновь зашелся кашлем. Прокашлявшись, он
  решил, что это и есть те самые люди, о которых предупреждал Джерри, когда
  велел не продавать бумаги. Хитрый старик тотчас смекнул, что подворачивается
  шанс поднять цену выше пятнадцати фунтов. Возможно, даже до двадцати...
   Тощее старческое тело согнулось пополам в приступе радостного кашля. Канг
  и Чанг терпеливо ждали, когда он успокоится.
   Канг, который, как зачарованный, смотрел на это жуткое привидение в
  дверном проеме, вдруг поймал себя на неясной мысли... В стоявшей перед ним
  старой развалине ему почудилось какое-то смутное сходство. Это кошмарное
  видение что-то напоминало ему, но он никак не мог вспомнить что...
   Дядюшка Эдмонд взглянул на него