банды
  преследователей.
   Ходкисс тяжело дышал, открыв рот, и жадно хватал воздух, в глазах его
  застыл ужас. Он бежал по улице в одном белье, и прохожие разбегались в
  стороны, словно завидя какое-то чудовище.
   Он мчался в северном направлении к перекрестку, где была надежда поймать
  такси или хотя бы вскочить в автобус. Перекресток был довольно опасен для
  пешеходов, но местные жители, даже зная об этом, форсировали его с безумной
  беспечностью.
  
  ***
  
   Просидев все утро за рюмкой у Финча на углу, Себастьян О'Рейли столь же
  беспечно погонял свою кобылу Бренду по бульвару Колвилл. Нагруженная старыми
  газовыми плитами и железными кроватями, повозка мягко катилась на резиновых
  шинах с максимально возможной для возраста Бренды скоростью.
   Ближе к перекрестку Бренда вдруг понеслась вскачь, а Себастьян О'Рейли
  громко затянул песню, из которой он помнил лишь повторявшуюся в каждом
  куплете последнюю строчку: +++
   Это я - дикая ирландская роза! +++
   Старые плиты и кровати, подпрыгивая, громыхали в такт его пению.
   В тот самый момент, когда повозка въехала на перекресток, перед глазами
  Себастьяна О'Рейли и его кобылы возникло странное, дикое видение. Себастьян
  поперхнулся и протер глаза. Ничего подобного он никогда прежде не видел.
   Высокий человек в одном белье, полосатых носках и тяжелых башмаках мчался
  по Портобелло-стрит, точно за ним по пятам гнался сам дьявол. К груди он
  прижимал