прижимал какой-то узел. Человек этот был китайцем. Он выскочил на
  перекресток, чуть не налетев на Бренду.
   Себастьян думал, что кобыла, как обычно, не обратит внимания даже на
  этого чудака. Однако на сей раз вышло иначе. Бренда громко заржала и
  поднялась на дыбы.
   От неожиданности Себастьян кувыркнулся с козел и, навзничь плюхнувшись на
  сетку старой кровати, мягко закачался вверх вниз. До него донеслись
  испуганные крики, а потом наступила тишина.
   Наконец Себастьян О'Рейли приподнялся и выбрался из груды лома. На
  четвереньках пробравшись к своему сиденью, он вытянул шею и посмотрел на
  мостовую. Хмель мгновенно улетучился. Таким трезвым он не чувствовал себя
  уже лет пятнадцать.
   Бренда успела успокоиться и теперь стояла, вздрагивая всем телом, а
  совсем рядом, растянувшись на мостовой, лежал полуголый китаец. Рядом с ним
  валялся узел, в котором копалась знакомая Себастьяну торговка по имени
  Этель. Наконец она нашла то, что искала, а ненужный теперь узел отшвырнула
  прочь, и он отлетел к самой повозке. Этель держала в руке брошку.
   Пользуясь тем, что все зеваки уставились на неподвижное тело китайца,
  Себастьян наклонился, подхватил сверток и спрятал его в повозке среди своего
  хлама. Большого греха в том он не видел. Из-за этого парня, которого Бренда
  сбила с ног, он угодил в глупое и неприятное положение. Оставаться здесь
  дольше становилось опасно.