овых лиц, хотя нравы, похоже,
  остались прежними, а кругом столько колоритных типов, что невольно
  вспоминались старые времена, полная таинственных событий жизнь
  Портобелло-стрит и ее окрестностей.
   Не все здесь были профессиональными ворами и проститутками. Многие
  перебивались, продавая овощи, дешевые безделушки, и если их можно было в
  чем-то упрекнуть, то разве лишь в том, что они при случае приторговывали
  краденым. Впрочем, на Портобелло-стрит трудно было не заниматься этим
  бизнесом.
   Этот район знали все. Задворки большого города, его помойка, где
  собирались отбросы общества, процветали пышным цветом все его пороки,
  источали зловоние все его язвы.
   Но отнюдь не бедность и нищета здешних обитателей были отвратительны
  Джерри Корнеллу. Он старался не вспоминать о своих родственниках, которых
  одинаково боялся и ненавидел. Их было много, и все они представляли собой
  самое дно этого мирка - спившиеся жалкие воришки, мелкие мошенники, глупые,
  но по-своему хитрые, что позволяло им избегать многих неприятностей.
   Они же гордились своим Джерри и относились к нему с почтением. Для него
  это тоже было невыносимо. Не потому, что ему не нравилось, когда его
  уважали. Просто подобное их отношение указывало на некую его причастность к
  ним.
   В шестнадцать лет Джерри покинул эти места и осел в городе, в районе
  Сохо, где в барах и дешевых