ерах получил среднее образование. Его
  учителями были представители здешней богемы; Здесь он обрел вкус к жизни,
  женщинам и книгам. В эти годы он работал на полулегальные рекламные
  агентства, киностудии и порнографические журналы. Потом занялся торговлей
  наркотиками, хотя сам так ни разу и не испробовал, что это такое.
   Он объездил почти всю Европу и в этих вояжах открыл еще один свой талант
  - помимо умения пользоваться людскими слабостями и выпутываться из любой
  ситуации - удивительную способность к языкам. Он бегло разговаривал на
  дюжине европейских языков и испытывал трудности лишь с финским и
  сербскохорватским.
   Джерри два года уклонялся от призыва в армию, а когда его все-таки упекли
  в казарму, сумел дезертировать. Кажется, никто в армии его не хватился.
   А потом был этот прокол с партией морфия, и его замели. Тогда и
  раскопали, что он еще и дезертир, но вовремя подвернулось предложение
  "Национального страхования". Выбора не было, и он принял все условия.
   И вот он снова здесь. Его шикарный внешний вид никак не напоминал о его
  происхождении.
   Джерри попросил остановить машину возле бара, расплатился с таксистом и
  заглянул в заведение, чтобы пропустить для настроения пару рюмочек. Знакомых
  физиономий в баре не оказалось, и он почувствовал себя увереннее. Здесь не
  было ни Корнеллов, ни Бенсонов, ни Фитцджеральдов (последних здесь водилось
  так много,