ким слухом Ахмед уловил странные звуки, напоминающие чье-то глубокое и сиплое дыхание, а еще через несколько секунд получил им объяснение, когда, обогнув заросли густого кустарника, увидел четырех привязанных к деревьям лошадей.
   Мадина первой подошла к лошадям и, отвязав притороченный к седлу одной из них автомат, протянула его Ахмеду.
   - Ты хорошо подготовилась, - одобрительно заметил он, принимая у нее оружие. - Но откуда у тебя бойцы, которые прикрывали наш отход?
   - Это люди Хамида Ахмадова.
   - Хамида Ахмадова, - повторил Ахмед. Он определенно уже слышал от нее это имя. И память не подвела его и на этот раз. -Того, кто казнил предателей-чеченцев, продавшихся русским? Весьма изобретательный и, главное, решительный полевой командир. Такими и должны быть настоящие моджахеды. Ты выбрала себе хорошего помощника.
   В ответ Мадина презрительно усмехнулась:
   - Он запросил два миллиона долларов за содействие в твоем освобождении, иначе ни за что не соглашался дать мне своих людей.
   - Вот как? - глаза духовного вождя и командира шахидов "Аль-Кайды" грозно прищурились. - Я всегда считал, что из чеченцев не выйдет истинных воинов джихада. В них нет настоящей веры. Да любой воин нашей Организации посчитал бы за счастье участвовать в освобождении своего лидера.
   Он рассчитывал, что его слова вызовут у Мадины ответное негодование и возмущение корыстолюбием чеченского полевого командира. Но вместо этого она подошла к нему и, опустив взгляд, тихо сказала:
   - Ахмед, мне больно это говорить, но я должна сообщить тебе... - она сбилась, не закончив фразу, но затем, приняв окончательное решение, заговорила твердым, хорошо поставленным голосом:
   - Руководству Организации стало известно о твоих контактах с американцами. О том, что ты уже давно сотрудничаешь с американской разведкой и получаешь за это деньги. Решением остальных членов Совета ты лишен своей должности в руководстве Организацией, а твое имущество и банковские счета конфискованы. Правда, чтобы