рожно выглянула из-за склона.
   Напротив "КамАЗа" и автокрана стоял армейский "Урал" с затянутым тентом кузовом. Приоткрыв правую дверь, на подножке стоял немолодой уже человек в пятнистой армейской форме. Их разделяло не менее восьмидесяти метров, и Мадина не могла рассмотреть его звания, но решила, что это и есть упомянутый Хамидом полковник, начальник дивизионного склада арттехвооружения. Полковник подвинулся на подножке, и из кабины "Урала" выпрыгнул на землю другой человек, гораздо моложе своего начальника, с висящим на плече короткоствольным автоматом. Солнечные лучи бликовали на лобовом стекле "Урала", и Мадина никак не могла рассмотреть, сколько еще человек находится в кабине. Но судя по тому, что автоматчик выпрыгнул из правой дверцы, в кабине, кроме полковника, остался еще, как минимум, водитель. Тем временем автоматчик подошел к стоящему возле автокрана Рамзану и велел ему повернуться спиной и поднять руки. Свой автомат он держал вполне профессионально, готовый в любой момент открыть огонь. Правда, обыскивая Рамзана, выпустил автомат из рук. Убедившись, что у того нет оружия, он повернулся к своему начальнику и крикнул:
   - Чист!
   - Проверь кабину, - приказал ему полковник.
   Махнув стволом автомата, русский приказал Рамзану отойти от машины и лишь после этого заглянул в кабину. По договоренности с Ахмедом, Рамзан не имел при себе оружия, поэтому обыск кабины тоже ничего не дал. Но полковника такой результат отнюдь не успокоил. Отступив назад на подножке, он привалился плечом к переднему борту кузова и зачем-то зашевелил губами. Наблюдатель! - внезапно сообразила Мадина. - У него в кузове свой наблюдатель! Вот и щели в тенте прорезаны как раз на уровне глаз. Итак, у русского полковника двое охранников, плюс водитель. Итого четверо. Но главный вопрос: лежит ли сейчас в кузове необходимое Ахмеду оружие?
   Словно прочитав ее мысли, Ахмадов нетерпеливо, но в то же время предельно вежливо спросил:
   - Что за недоверие с вашей стороны, господин полковник?