а подсказать дежурному, что объявлена не учебная тревога.
   Водитель лихо развернул "Волгу" на полупустой вечерней улице. Из окна машины Углов увидел собственный дом, до которого так и не доехал, и освещенные окна гостиной и кухни. Жена ждала его. Она тоже привыкла, что он выполняет свои обещания. Надо позвонить. Углов достал из внутреннего кармана пиджака трубку мобильного телефона и вызвал из "памяти" домашний номер. Жена ответила сразу, как будто специально ждала его звонка.
   - Тамара, мне придется задержаться, - сказал он в трубку, услышав ответ жены.
   Голос звучал ровно и спокойно, словно и не объявлялась банда террористов, угрожавших взорвать атомную станцию в самом сердце России. Обезвредить очередных бандитов - это его задача и его ответственность. Но если он взялся защищать мир и спокойствие граждан своей страны, то прежде всего должен сохранить их в своем доме.
   - Скорее всего, сегодня я... не приду ночевать. - Командир отряда "Вымпел" не считал себя суеверным человеком, тем не менее избегал слов "я не вернусь". -Так что не жди и ложись без меня.
   - Хорошо, - ответила жена и, прежде чем он отключился, быстро добавила:
   - Прошу тебя: будь осторожен.
   Неужели знает или догадывается? - промелькнула у командира "Вымпела" неожиданная мысль. - Да нет, откуда. Но напутствие исключительно верное.
   На Лубянку Углов приехал одним из первых. Распахнув тяжелую дубовую дверь с бронзовой табличкой "Директор Федеральной службы безопасности Российской Федерации", осмотрел необычно пустую приемную, где днем, как правило, всегда находился кто-нибудь из явившихся по вызову руководителей многочисленных управлений и ведомств конторы. Однако напряженность ситуации ощущалась даже в пустой приемной, стоило взглянуть на взволнованные лица и порывистые движения двух ожидающих своего начальника секретарей-адъютантов. Ответив на приветствие адъютантов, Углов занял один из гостевых стульев. Мягких диванов и глубоких, располагающих к расслаблению кресел, непременных