бы исключить расшифровку нашего подразделения. Но если настоящие пожарные занимались делом, то мы с Вороном на их фоне выглядели сущими бездельниками. Мне даже досталось от одного из них.
   - Ну, чего встал на дороге?! Помог бы лучше... - довольно грубо обратился ко мне тяжело дышащий от усталости мужик моего примерно возраста, сматывающий расстеленный по земле пожарный шланг, добавив при этом крепкое словцо.
   Лицо пожарного было покрыто потом, а может, и каплями воды, потому что весь его защитный костюм тоже вымок насквозь. По всему было видно, что во время тушения пожара он не отсиживался в штабной машине.
   Если бы я умел сматывать пожарные шланги, то непременно помог бы парню. Но решив, что от моей помощи будет больше вреда, чем пользы, просто отошел в сторону. Не обижайся, друг, я тоже буду работать честно. Во всяком случае, сделаю все, чтобы тебе больше не пришлось сюда приезжать. Сразу же вспомнились погибшие герои-пожарные, фактически заслонившие своими телами огненную амбразуру взорвавшегося реактора Чернобыльской АЭС. Не дай бог повториться здесь такой же трагедии!
   Довольно быстро пожарные скатали все шланги и собрали остальной инвентарь. Их машины начали разъезжаться. По-моему, все пожарные настолько устали, что их уже не интересовало, кто и что в данный момент делает на месте взрыва.
   Происходило же там следующее. Один из взрывотехников Терентьева закачивал ручным насосом поднимающиеся из воронки испарения, собирая пробы воздуха для проведения экспресс-анализа типа примененного взрывчатого вещества. Терен-тьев мне однажды показывал, как это делается. Взятые на месте взрыва пробы воздуха подвергаются спектральному анализу на специальном аппарате, после чего полученные хроматограммы сравниваются с контрольными образцами. Остальные взрывотехники во главе со своим начальником, вооружившись ручными металлодетекторами и щупами, обследовали территорию вокруг злополучной воронки. То и дело один из них нагибался к земле и внимательно разглядывал, а то и брал