- Да. И это главная странность. Взрывное устройство сработало внутри подстанции, где... располагались трансформаторы.
   Я попытался представить себе железный бункер размером с автомобильный гараж, внутри которого установлены огромные, в человеческий рост, трансформаторы, и не смог. А тот, кто монтировал здесь взрывное устройство, не только представлял, но и знал, как они расположены, и - самое главное - имел доступ к трансформаторной подстанции! Следовательно, заложить сюда фугас мог только работник станции!
   Углов как будто прочитал мои мысли.
   - Придется опрашивать весь персонал. А времени катастрофически мало. На этом, черт возьми, и построен весь расчет террористов! - с негодованием заметил он, но сейчас же вновь переключился на Терентьева. - Вы сказали "главная странность", значит, есть и другие?
   - Это даже не странность, а скорее некоторое несоответствие, - непонятно ответил взрывотехник, но тут же пояснил свою мысль:
   - На месте взрыва мы обнаружили несколько мелких фрагментов, которые, надо полагать, являются осколками взрывного устройства. Но даже с учетом всей возможной деформации в момент взрыва, а взрыв, как я уже сказал, был очень сильным и сопровождался колоссальным выбросом тепловой энергии, я не могу определить модель взорвавшегося фугаса. Надеюсь, это удастся сделать, когда отыщутся остатки корпуса и механизма. Но при искусственном освещении вести поиск весьма затруднительно. К тому же на дне воронки скопилась вода...
   - Отставить! - перебил Терентьева Углов. - Сворачивайтесь и немедленно приступайте к обследованию машинного зала реактора. Если террористы смогли установить фугас внутри трансформаторной подстанции, то они вполне могли заминировать и сам реактор. Эту мину необходимо найти до того, как она будет приведена в действие. А поиск остатков взрывного устройства придется временно прекратить!
   - Есть, - взрывотехник развернулся и направился к своим коллегам, чтобы передать им приказание генерала.
   Они тут же принялись