- Он гражданский человек и не смог с ходу решить, как следовало вести беседу с похитителями, - не ожидав столь резкого отпора, попытался защитить Председателя Центризбиркома директор ФСБ.
   - А ему и не надо было ничего решать! Он вообще не должен был разговаривать с похитителями! Но у нас каждый публичный политик мнит себя стратегом...
   Углов хотел добавить еще несколько фраз к своей оценке поступка Председателя Центризбиркома, но, почувствовав на своем плече руку Бондарева, замолчал. Возникшую паузу сейчас же заполнил голос Постникова:
   - Я жду от вас объяснений, а не комментариев. Почему с вами не могут связаться похитители?
   - Это их тактический ход, товарищ генерал-полковник, - уже полностью взяв себя в руки, четко ответил Углов. -Уверен: звонок в ЦИК преследует цель посеять у нас нервозность и панику. Однако, чтобы сообщить условия обмена Загайнова на Рубеи, террористы вынуждены будут выйти на связь с оперативным штабом. И их звонок в ЦИК подтверждает, что это произойдет в ближайшее время.
   Несколько секунд Постников молчал, обдумывая слова Углова, после чего приказал:
   - Как только это случится, немедленно доложите мне! И более не предпринимайте никаких действий без согласования со мной!
   Углов вновь вспыхнул:
   - Товарищ генерал-полковник, как только террористы назовут место обмена, ситуация потребует немедленных и самых решительных действий! На какие бы то ни было согласования у нас просто не будет времени!..
   Но трубка в руках командира "Вымпела" ответила короткими гудками.
   - Черт-те что! - Углов в негодовании швырнул ее на аппарат и повернулся к стоящему рядом Бондареву. - Ты слышал?!
   От волнения он даже забыл, что при посторонних между собой они общаются на "вы".
   В отличие от Углова, Бондарев сохранил свою обычную выдержку и задумчиво произнес:
   - С этим звонком в ЦИК хитро придумано. Представляю, что сейчас в Москве начнется. Директору не позавидуешь.
   - Они там в Москве психуют, а брать террористов