елями месту обмена...
   - Они требуют, чтобы все шестеро десантников оставались на БТРе, - напомнил Углову Бондарев и, понимая, что на размышления уже не остается времени, добавил:
   - Мы попробуем обойтись своими силами.
   - Что ж... - произнес в ответ Углов. - Действуйте! Удачи вам.
   По возникшей паузе я понял, что генералу тяжело было принять это решение. Но Бондарев, похоже, не сомневался в его ответе. Он обернулся к остановившемуся возле моста БТРу и крикнул командиру боевого охранения:
   - Мокрушин, ко мне!
   Майор Мокрушин спрыгнул с борта БТРа и подбежал к Бондареву.
   - Товарищ полковник... - начал было он, но Бондарев остановил его и быстро спросил:
   - Сколько в твоей команде снайперов?
   - Двое.
   - Один поедет с нами, а второй пусть передаст свою винтовку Овчинникову, - Бондарев перевел взгляд на меня и, вновь обернувшись к Мокрушину, продолжил:
   - Пулеметчика из башни пересади на броню. После чего въедете в село, остановитесь на центральной улице и будете стоять до поступления дальнейших распоряжений. С вами свяжусь по рации я или генерал.
   Мокрушин бегом вернулся назад. Остановившись возле БТРа, он что-то сказал своим бойцам.
   После чего один из них спрыгнул с бронетранспортера и подошел к нам. В руках он нес две снайперские винтовки "ВСС", бережно обмотанные полосками камуфляжной ткани. Снайпер оказался невысоким пареньком, ростом и комплекцией очень похожий на Сверчка. Но внимательный и сосредоточенный взгляд выдавал в нем знающего себе цену бойца. Он критически взглянул на меня, очевидно, оценивая, стоит ли доверять мне специальное оружие, но затем все-таки вручил одну из принесенных винтовок.
   - Антон, - представился я, протянув снайперу руку.
   Если уж нам предстоит действовать вместе, следует познакомиться.
   - Хирург, - вместо имени назвал он мне в ответ свой боевой псевдоним.
   Ого! Если снайпера прозвали хирургом, то это многое говорит о его мастерстве. Абы какие прозвища у нас в отряде не