машине офицеры увидели в луче света человека, стоящего в двадцати шагах ниже шоссе. Овчинников сфокусировал свет на лице мужчины, и тогда все увидели, что его рот заклеен полоской черного скотча. Мужчина зажмурился от слепящего его яркого света, тем не менее Бондарев без труда узнал заместителя Председателя Центризбиркома Илью Загайнова. Руки Загайнов держал за спиной. Очевидно, они были связаны.
   - Вот он, ваш чиновник, - раздался в трубке голос террористки. - А теперь выводите нашего брата.
   - Сейчас вы его получите, - произнес в ответ Бондарев.
   После чего нажал на своем телефоне кнопку отключения микрофона, чтобы террористка не могла слышать его голос, и, взяв в руки микрофон рации, вызвал оперативный штаб.
   - Мы на месте. Видим заложника. Он жив, доложил полковник, услышав ответ генерала Углова, но вместо ожидаемого: "Действуйте!" услышал в ответ:
   - Я свяжусь с директором.
   По ответу генерала Бондарев понял, что, пока конвой перевозил террориста к новому месту обмена, напряжение в оперативном штабе достигло предела и командиру отряда приходится отстаивать перед директором ФСБ разработанный ранее план. Начальник оперативного отдела понимал, что после того, как конвойная группа осталась без прикрытия, риск операции возрос многократно. Тем не менее он считал силовой вариант освобождения заложника единственно правильным и, как мог, попытался объяснить это Углову:
   - Время уходит. Похитители требуют вывести Рубеи из машины.
   - Действуйте, - наконец сказал генерал.
   - Выводите! - не оборачиваясь, распорядился Бондарев и повторным нажатием кнопки включил микрофон своего телефона.
   Позади хлопнули двери фургона, и трое бойцов "Вымпела" выволокли из машины скованного наручниками террориста. В телефонной трубке вновь зазвучал голос террористки:
   - Выйдите на свет. Мы должны убедиться, что у вас действительно наш брат.
   Бондарев приоткрыл дверь и, обратившись к своим бойцам, приказал:
   - Поставьте его перед кабиной и снимите