ерх, донеслось в ответ со стороны валуна, за которым затаился один из боевиков.
   После этих слов стоявший неподвижно Загайнов принялся судорожно карабкаться наверх. Увидев, что заложник пробирается к дороге, Бондарев подтолкнул в спину Рубеи и коротко сказал:
   - Пошел.
   Едва ладонь начальника оперативного отдела "Вымпела" коснулась его спины, исламский террорист сорвался с места, в два прыжка преодолел дорогу, перепрыгнул через обочину и мелкими шагами, но чрезвычайно проворно стал спускаться вниз по склону ущелья. Поднимающемуся вверх Загайнову приходилось куда сложнее. Следя за обнаруженными боевиками, Антон Овчинников боковым зрением наблюдал, как, тяжело дыша, Загайнов взбирается по склону, и мысленно торопил его. Пока зампред Центризбиркома преодолел половину пути, освобожденный террорист спустился вниз на тридцать метров и оказался за спинами ближайших к дороге боевиков. На пути Загайнова оказались заросли высохшего лопуха, и он, цепляясь брюками за многочисленные колючки и сопя от натуги, с хрустом продирался через него. Наконец он выбрался из зарослей репейника на открытый участок, и наблюдающие за ним "вымпеловцы" облегченно вздохнули. Но в этот момент Загайнов внезапно остановился и попятился назад.
   - Илья Алексеевич, не останавливайтесь. Поднимайтесь к нам, - как можно спокойнее обратился к нему Бондарев.
   Но Загайнов лишь замотал головой и остался стоять на месте. При этом в его глазах вспыхнул настоящий ужас, а на враз побледневшем лице выступили бисеринки пота.
   - Что за... - недоуменно пробормотал Овчинников, вновь направляя свой фонарь в лицо заложнику.
   Он не договорил, так как в луче света увидел выбившуюся из-под воротника Загайнова тонкую веревку, врезавшуюся в его шею. Бондарев тоже увидел веревочную петлю на шее заложника и, мгновенно оценив ситуацию, скомандовал Овчинникову:
   - Вытащи его!
   Антон сунул в руки Бондарева свой фонарь и, спрыгнув на склон ущелья, устремился к Загайнову. В тот же миг в нескольких десятках