ился в проеме над артиллерийской платформой, и почти в ту же секунду над
  площадью загремели выстрелы. На крыше вагона лежал почти невидимый снизу
  стрелок, который успел дважды выстрелить в Слащова. Первая пуля попала в
  плечо Лиде, она, падая, толкнула генерала на землю и закрыла его своим
  телом. Вторая пуля процарапала ей корявую борозду на руке, не причинив
  большого вреда. Третий раз убийца выстрелить не успел, потому что Борис
  открыл по нему огонь. Раз за разом стреляя по крыше из карабина, он из-за
  неудобной позиции не мог попасть в снайпера, но заставил его отползти от
  края и прекратить стрельбу по Слащову.
   Казаки охраны наконец поняли, откуда исходит опасность. Они тоже начали
  стрелять по вагону, а один вытащил гранату и забросил ее на крышу. Прогремел
  взрыв, но в этот момент вагон, где находился снайпер, уплыл за теплушку
  воинского эшелона, и результаты взрыва не удалось разглядеть.
   Кто-то из офицеров бросился в здание вокзала, чтобы распорядиться
  остановить товарняк и задержать злоумышленника, живого или мертвого.
   Слащов, донельзя обескураженный, раздосадованный глупым положением, в
  котором оказался, поднялся на ноги и подхватил раненую Лиду. Она была в
  сознании и счастливо улыбалась: ей удалось, уже не в первый раз, спасти
  любимого человека. К Лиде уже спешила сестра милосердия, чтобы оказать
  первую помощь.
   Борис подошел поближе и случайно встретился с Лидой взглядом. В ее глазах
  он