уже десятилетия? Поносила власть,
  ругательски ругала царя и правительство, рукоплескала любым революционерам,
  тираноборцам, так сказать... Бросит такой доморощенный Брут бомбу, оторвет
  ноги ни в чем не повинному человеку, который всего-то и пытался исполнять
  свой долг, - так вы, господа интеллигенты, бомбисту этому рукоплещете,
  объявляете его борцом за свободу... Во время этой фальшиво-страстной речи
  Колзаков продолжал стоять с бутылкой наготове, а Борис и Сильверсван ждали,
  что Стасский допьет вино и отдаст бокал, но тот и не думал этого делать. Он
  замолчал на минуту, на лице его появилось несвойственное ему растерянное
  выражение, он словно с удивлением прислушивался к самому себе, но затем
  стряхнул оцепенение и продолжил с прежним желчным возбуждением, расхаживая
  по комнате и размахивая рукой, в которой не было бокала:
   - Жизнь вам, что ли, казалась пресной? Душно было, хотелось бури, грозы?
   Вот и накликали на свою голову революцию... Пиеску я одну смотрел в
  восемнадцатом году, не помню уже, кто автор. Очень там хорошо про господ
  либералов сказано:
   "Насладившись в полной мере великолепным зрелищем революции, наша
  интеллигенция приготовилась надеть свои мехом подбитые шубы и возвратиться
  обратно в свои уютные хоромы. Но шубы оказались украденными, а хоромы были
  сожжены".
   Борис, да и остальные поняли, что Стасский нарочно занимает время
  разговорами и бесцельным хождением по комнате, чтобы