вания. К этой
  необычной бирже прислушивались банки и серьезные иностранные фирмы. На
  вопрос, каков сегодня курс английского фунта или турецкой лиры, всякий
  знающий обыватель мог ответить: "У Петлюры установили столько-то и
  столько-то".
   В низком и просторном грязноватом зале кофейни, единственным украшением
  которого служила пыльная пальма в деревянной кадке, было всегда шумно и
  многолюдно. Грязные столы без скатертей, залитые кофе и засыпанные крошками,
  служили для посетителей кроме основного назначения конторками. Здесь
  раскладывали часто документы на партию самого экзотического товара,
  подписывали иногда миллионные контракты. Электричество едва ли не каждый
  день отключали, и тогда этот зал, скудно освещенный чадящими свечами и
  керосиновыми лампами, становился похож на бандитский притон или на
  освещенную скудным светом пещеру, где шайка разбойников пирует и делит
  богатую добычу. Собственно, такое представление было недалеко от истины:
  банда спекулянтов в "Петлюре" делила барыши, торгуя продовольствием,
  обмундированием и медикаментами, от недостатка которых страдали солдаты на
  Чонгаре и под Перекопом. "Дикая дивизия" неимоверно боялась большевиков, но,
  по странной иронии судьбы, делала все для их победы, ослабляя и разваливая
  тыл Белой армии.
   Прохор Селиванов вышел из кафе "Петлюра" в превосходном настроении.
   Сегодняшний день выдался у него на редкость удачным. Через