ждать это с кем-то. Они с женой товарища Макара никогда не
  говорили - та смотрела на Тоню неприветливо, можно сказать, злобно.
   - Чего тебе? - и на этот раз весьма нелюбезно спросила хозяйка.
   - К товарищу Макару, - потупившись, прошептала Тоня.
   Она сделала так в целях конспирации, чтобы не услыхали соседи, а в общем,
  скрывать ей было нечего и виноватой перед женой Макара она себя совершенно
  не чувствовала.
   - На заседаниях своих не наговорились? - прошипела хозяйка, не двинувшись
  с места.
   С Тоней мало кто разговаривал грубо. Увидев открытый взгляд ее синих глаз
  и приветливую улыбку, самые задиристые ребята на канатной фабрике, где
  раньше работала Тоня, тушевались и не позволяли себе лишнего. Но и постоять
  за себя Тоня умела.
   - Хозяин дома? - громко крикнула она.
   - Ну, дома. А ты чего с утра пораньше? - Глаза женщины смотрели так же
  неприветливо, но тон она сбавила.
   - Раз пришла, значит, нужно, - твердо ответила Тоня, - сами знаете, что
  по делу.
   - Кто там у тебя, Анна? - на крыльцо, позевывая, вышел товарищ Макар.
   Рубашка была мятая и расстегнута, видно, накинул наспех, когда вставал.
   Сквозь вырез рубашки виднелась голая грудь, поросшая рыжеватыми волосами.
   Против воли, Тоня покраснела и потупила глаза.
   - К тебе, - буркнула Анна и удалилась в дом.
   - Здравствуй, Антонина! - сухо кивнул он. - Случилось что?
   - Случилось. - Тоня проглотила ком обиды, образовавшийся от нелюбезного
  приема.
   Он оглянулся