вздохнул, подумал, что, как всегда, работа достается
  одним, а лавры другим, и отправился увещевать печника Хряпина.
  
  ***
  
   Двумя часами позднее в маленьком портовом трактире бывшие сотрудники
  прекратившей свое существование подпольной типографии разговаривали с
  товарищем Макаром.
   - Одно, товарищ Макар, хорошо, - убежденно говорил вожаку подпольного
  комитета Яков Моисеевич Гольдблат, - хорошо, что успели отпечатать воззвания
  и спасли весь тираж. - Старый печатник скосил глаза на стоящий под столом
  объемистый саквояж вроде тех, с какими ходят дипломированные акушерки. -
  Одно плохо: лишились мы типографии, а без типографии комитет - как без рук.
   - Не иначе как Борщевский типографию провалил, - убежденным голосом
  резюмировал товарищ Макар.
   - Что вы, товарищ Макар! - горячо вступился за Борщевского Гриша Якобсон.
   - Борщевский - проверенный товарищ. Он нам много дельного посоветовал,
  когда в типографию заходил. У него от самого Мокроусова мандат... - Этот
  мандат он мог в контрразведке получить, - жестко ответил Макар, - настоящего
  Борщевского убили, а этому провокатору мандат отдали.
   - Не может быть! - горячился Гриша. - Это ведь он для нас текст воззвания
  составил, такой текст замечательный, что прямо за душу берет! Сразу
  чувствуется, что пламенный революционер!
   - Дай-ка сюда!
   Председатель подпольного комитета разложил на коленях листовку и пробежал
  глазами:
   "Солдаты Белой армии!
   За что вы