й. - Товарищ Макар встал на безопасном расстоянии от
  Борщевского, засунув правую руку в карман и глядя исподлобья недобрым
  решительным взглядом. Тем временем Салов зашел Борщевскому за спину, а
  матрос встал чуть сбоку и вытащил из-за пазухи свой грозный маузер.
   - Товарищи, вы, наверное, с ума сошли, - воскликнул Борщевский в прежнем
  раздражении, - я ведь к вам от самого товарища Мокроусова пришел, фронт
  преодолел с большой опасностью. Вы мандат мой видели. С какого перепугу вы
  меня за провокатора держите?
   - Насчет мандата это ты нам сам расскажи: или тебе его в контрразведке
  дали, у настоящего Борщевского отняв, или тебе и вправду этот мандат в
  Екатеринославе выдали, а ты к белым переметнулся и предал всемирный
  пролетариат.
   - Ты, товарищ Макар, говори, да не заговаривайся. - В голосе Борщевского
  прозвучала скрытая угроза. - Насчет того, кто пролетариат предал, мы еще
  разберемся. Какие у тебя основания меня в предательстве обвинять?
   - Основания самые простые, - товарищ Макар повысил голос, но обращался
  скорее к Борщевскому, а не к своим людям, - как ты появился, так у нас
  провалы пошли... - Провалы у вас оттого, - перебил его обвиняемый, - что
  конспирация ни к черту не годится. Типография чуть ли не открыто работает,
  грохот на всю улицу... Еще удивляюсь, как ее раньше не разгромили.
   - Конечно, все теперь у тебя будут виноваты, один только ты... херувим
  святой, - не найдя ничего лучшего,