д ногами филера и даже наклоняясь, чтобы эту
  вещь подобрать.
   Филер невольно опустил глаза, и в то же мгновение хитрый хохол ухватил
  его за штанину и сильно дернул кверху, так что "старший брат", взмахнув
  ногами и перекувырнувшись, удивительно красивым образом полетел в пыльные
  лопухи. Саенко же, нисколько не задумываясь и не теряя времени на обсуждение
  достигнутых успехов, ухватил "младшего брата" за рукав, слегка наклонился,
  взвалил его себе на спину, как куль с мукой, и, ловко перевернув, забросил
  на другой конец проулка. После он обернулся к Борису и сказал:
   - Ну, ваше благородие, теперича драпаем: они, когда подымутся, очень
  сердитые будут. А с тобой Аркадий Петрович как раз поговорить хотел.
  
  ***
  
   Аркадий Петрович Горецкий поднялся навстречу Борису из-за письменного
  стола. В пенсне лицо его казалось мягким и интеллигентным - таким Ордынцев
  помнил его на университетской кафедре. После новороссийской эвакуации
  отношения их стали натянутыми, но в глубине души Борис все-таки рад был его
  увидеть.
   - Борис Андреевич, голубчик! Рад видеть вас в добром здравии, - Горецкий
  будто прочитал его мысли, - однако, как случилось, что вы столкнулись с
  агентами контрразведки при исполнении ими обязанностей?
   - Я встретил на артиллерийском складе старого знакомого, - объяснил
  Борис, - матроса-большевика Защипу. Осенью, когда во время рейда я попал в
  плен к красным, этот морячок едва не расстрелял меня. Представьте