ю ей пользоваться! - возмущался сын.
   - Почитай инструкцию, ты же у нас технический гений, может, и разберешься!
   - Я буду стирать сам и сломаю ее, - пригрозил сын.
   - Во-первых, не сломаешь, там защита от дураков, а во-вторых, если тебе все же это удастся, я задушу тебя собственными руками, - сказала Ирина, застегивая "молнию" на куртке.
   Сын посмотрел ей в глаза, понял, что она не шутит, и тоже страшно разозлился.
   - Ты совершенно не занимаешься домом! - закричал он с интонациями немолодого ворчливого мужа. - Обеда вечно нет, белье все грязное, в квартире ступить некуда!
   Ирина обиделась на обобщение "вечно нет обеда", подумаешь, всего несколько дней поели сосиски, так сразу и "вечно".
   "Он становится настоящим мужчиной в самом худшем смысле этого слова", - подумала она.
   - Я все отцу расскажу! - не унимался он.
   Вот этого говорить ему не следовало. Ирина оглянулась и поймала хитрый взгляд Наташки.
   Дочь с любопытством ожидала, что сейчас будет. Она-то всегда понимала, что нельзя говорить в споре с матерью, и умела вовремя остановиться.
   - Я вам не домработница, - процедила Ирина, подхватила Яшу на поводок и ринулась бегом по лестнице, не дожидаясь лифта.
   По дороге они встретили соседа с Джессикой, поделились Яшиной бедой, выслушали кучу полезных советов, потом купили в аптеке нужное лекарство и пошли в скверик. Там на скамеечке Ирине стало очень себя жалко. Что за мерзкие противные дети! Думают только о себе. Наверное, у всех так, утешала себя Ирина. Жанна тоже жалуется на своего Жорку.
   Хоть она полностью удовлетворяет все его запросы, Жорка вечно всем недоволен. Но Жанне легче: она может скрыться в своей квартире, Жорка видит ее редко и поэтому не очень хамит.
   "С одной стороны, я им надоела, - думала Ирина, - а с другой - они не могут без меня обойтись".
   Яша вдруг соскочил с лавочки,