пошли, - сказал я. Она двинулась за мной, как
  загипнотизированная, ее "горбатые" жгли ее сердце, мои талоны не давали
  дышать.
   Мы вышли из метро, и я сразу свернул за угол подземного перехода.
  Здесь было абсолютно пусто и почти темно, свет сюда шел только из дверей
  станции. Я вытащил пистолет, повернулся к ней и медленно поднял ствол на
  уровень ее темных, так и не узнанного мною цвета глаз.
   - Иди, - сказал я, - иди от меня. Талонов от меня не получишь. Хлеб
  можно купить и на "горбатые", а без лишних сапог обойдешься. Иди. Хватит.
  Я боюсь тебя.
   - А куда ж я пойду? - спросила она довольно спокойно. - Ночь же,
  бандиты кругом...
   - До утра побудь в метро. Утром сообразишь, - сказал я. - Иди. Иначе
  я выстрелю. Ты не даешь мне выбора.
   Она кивнула.
   Я стоял и смотрел ей вслед. Вот она толкнула качающуюся стеклянную
  дверь, вот начала спускаться по лестнице...
   В это время над ухом у меня негромко сказали:
   - Ну-с, как вам все это нравится?
   Я отскочил, развернулся лицом, нащупал кобуру...
   - Да бросьте, вы что, с ума сошли совсем, что ли?
   Мужчина в темном пальто и кепке-букле пожал плечами. Откуда его черт
  принес? Из перехода подошел, наверное... Но как тихо!
   - Так нравится или не очень? - продолжал мужчина. Лицо его при свете,
  доходившем через стеклянные двери станции, показалось мне знакомым - хотя
  кого я только не встречал за жизнь в этом городе... - Вот, радуйтесь,
  дождались! То, что