о вы имеете в виду? - спросил я, чтобы как-то потянуть время,
  чтобы, может, снова свести разговор к невнятице, к неконкретной
  лояльности. - Вообще-то больше и не было ничего... Ну, прохожие разные...
  бандиты...
   - Нет, Юрий Ильич, - тут посерьезнел и Игорь Васильевич, с бандитами
  все уже ясно. Вы нам напрасно не доверяете, Юрий Ильич. Времена теперь не
  те, мы ж вам сесть вот предлагаем, а вы... Мы сейчас в трудном положении,
  Юрий Ильич, а вы не верите. Пока с нами говорите - верите, а потом, как
  уйдете, так вас кто-то и настроит против нас. Может, жена?
   - Почему жена? - я чувствовал себя все увереннее по мере того, как
  нарастал их напор. - Вот вы говорите, времена не те. А если снова будут
  те?..
   - Что ж вы думаете, Юрий Ильич, мы тогда здесь дыбу поставим, что ли?
  - обиделся Сергей Иванович. - Разве можно так рассуждать? Вы же нас, лично
  нас, перед собой видите? Похоже, что мы на такое способны?
   - Ну, лично вы, может, и не способны, - замялся я, - но редакция в
  целом...
   - И никто в редакции, уверяю вас! - взялся Игорь Васильевич. - Это
  все у вас старые стереотипы, как теперь говорят, образ друга... то есть
  врага... А у нас теперь все кадры сменились, народ грамотный, вон Сергей
  даже три института кончил, правильно, Сергей?
   - Ну, - сказал Сергей Иванович. - А раньше у нас даже подполковники
  не все читать умели. Вот Игорь Васильевич лично помнит одного, он даже
  "расстрел" через одно "эс" писал, представляете?