но ехать некуда.
   Теперь он точно знал, что ему никто не сможет помочь. Если даже
  колдуна-профессионала заломали в два счета, то что говорить об остальных,
  простых смертных. Его пока не трогали, как он понял, потому, что его
  каким-то образом защищала Светланина душа. Но колдун сказал, что хватит
  этого ненадолго. Опять сроки, опять неизвестность, провалилась бы она
  пропадом! Ну, сучки поганые эти великосветские барышни! Натворили делов
  двести лет назад, сунули свои курносые любопытные носики куда не следует, а
  он теперь расхлебывай! Дурацкая ситуация!
   Хорошо, что у него были деньги, с ними он может дотянуть до конца месяца.
  Но что делать одному в чужом городе, когда даже в гостиницу соваться
  рискованно, не говоря уж о вокзалах или аэропортах? Ночевать в подвалах до
  первого мента? Хотя спать ему все равно нельзя, так или иначе. Бродить по
  улицам, привлекать внимание? Нет, такая жизнь его никак не устраивает.
  Хочешь не хочешь, но придется идти на поклон к уголовникам. Нужно позвонить
  в Самару Толчку, тот поможет, подскажет, к кому здесь обратиться. Другого
  выхода нет. Вид у него самый что ни на есть бандитский: застиранная майка с
  надписью "Окей" через всю грудь и линялые джинсы с оттопыривающимися от
  бумажника и телефона карманами. Парень из нашего города, мать вашу!
   Он сел на край детской песочницы, достал телефон и стал набирать номер
  Самары. И тут его словно по голове ударили: он же просил Валеру наведаться в
  "Судьбу"!