. - Мадам
  заболела?
   Она подняла на него сухие прищуренные глаза и процедила:
   - Я не могу много говорить.
   Он увидел, что девушка с трудом сдерживает себя будто хочет разорвать его
  на части своими длинными коготками, но почему-то боится. Даже слова из нее
  вылетели не те, что написаны на лице. Но он не придал этому значения.
   - Тогда говори мало, - усмехнулся он. - И покороче - у меня нет времени
  на пустые разговоры. Мы ведь, кажется, вчера уже все решили, не так ли?
   В глазах ее загорелась такая ненависть, что он испуганно попятился, но
  она лишь выдавила:
   - Все оказалось гораздо серьезнее, чем я думала. Все уже началось. Жди
  гостей. Запомни: никому ни слова обо мне! И не спускай глаз с моей души,
  иначе ее похитят!
   - Но.., как же, - пролепетал он, загипнотизированный ее страшным видом, -
  я ведь не знаю даже, где она находится?
   - Скоро узнаешь! - Она презрительно рассмеялась, но тут же закрыла рот
  рукой, словно эти звуки вырвались из нее помимо воли. - Прости, мне очень
  трудно держать себя в руках. Прощай. Готовься и не спи по ночам. Никому не
  верь. Ко мне не ходи. Купи пистолет.
   Она резко встала, все еще зажимая рот, словно у нее был приступ рвоты и
  вот-вот изо рта брызнет фонтан, только не содержимое желудка, а грязные и
  пошлые слова, которых она сама боялась и стыдилась. Светлана стремительно
  пошла к выходу, не оборачиваясь. Промчавшись пулей мимо изумленной
  секретарши, она скрылась в коридоре, оставив Егора гадать: зачем она