- Если бы один, - вздохнул многоборец. - У нее половина головы была
  седая, и не только головы, но и... Ну, вы понимаете, где еще. Короче, она
  пришла в ужас, разбудила меня, и мы помчались искать врача. Нашли какого-то
  крутого спеца по волосам, заплатили ему кучу бабок, тот посмотрел, понюхал,
  сделал спектральный анализ, поковырялся у нее в голове и заявил, что у Насти
  идет естественный процесс старения волос. Я ему говорю, что у молодой
  девчонки такого просто быть не может, а он мне тычет в какие-то свои бумаги
  с результатами анализов и твердит о своем, козел! - Володя скрипнул зубами
  от злости. - Короче, пошли мы к другому спецу, тот ту же самую бодягу
  затянул. Говорит, остановить этот процесс невозможно, наверное, Настя
  перенесла страшный шок, отчего все это и началось. Но в его практике такого
  обширного поседения в юном возрасте еще не наблюдалось. Плюнули мы на все и
  пошли волосы красить. Лучше бы мы этого не делали...
   У Насти вдруг дернулись плечи, и она негромко всхлипнула.
   - Успокойся, зайчонок, - ласково проговорил Володя, положив ей руку на
  плечо, - мы тебя обязательно вылечим. Короче, пришли мы в парикмахерскую,
  Настя села краситься, а мастер, пожилой такой французский еврей, и говорит:
  а чего это, мол, вы, девушка, так свою кожу на руках запустили? Мы глянули и
  ахнули: у Насти руки стали как у старухи, кожа вся пожелтела, потрескалась,
  вены вздулись - в общем, жуть. Главное, мы даже не заметили, когда это
  произошло. Не стали