что-нибудь чувствуете? - спросила Ольга, придвигаясь
  поближе к Любомиру и заглядывая тому в глаза.
   - Вы имеете в виду старуху? - спросил он, к чему-то прислушиваясь.
   - Ну не меня же, - бросил Игорь. - Конечно, старуху.
   - Да, она здесь, - кивнул профессор, уставившись на приоткрытую низенькую
  дверь, ведущую в алтарь. - Вернее, она сейчас там.
   Все в страхе устремили взгляды на простенький иконостас с дешевыми
  иконами, установленный здесь скорее для проформы, нежели для того, чтобы
  вызвать религиозный экстаз у верующих. В часовне воцарилась гнетущая тишина.
  Слышно было, как дождь неистово барабанит по куполу и сильные порывы ветра
  ударяют в маленькие окна. И вдруг в этой тишине послышался вой. Сначала
  слабый и еле различимый, он донесся со стороны алтаря, затем стал быстро
  нарастать, усиливаясь с каждым мгновением, пока не превратился в жуткий,
  душераздирающий звук, выворачивающий наизнанку все чувства и вселяющий
  панический ужас. И боль, и тоска, и ярость, и злорадство смешались в этом
  вое - казалось, все темные силы собрались здесь, чтобы поизмываться над
  попавшими в западню беззащитными жертвами. Зловещие тени заметались под
  куполом в неистовой пляске, чудовищная феерия теней и звуков заставила всех
  в ужасе попятиться к двери, пока наконец они не уперлись в нее спинами и
  прилипли, словно прибитые ураганным ветром.
   Вой затих так же неожиданно, как и начался. Тени под куполом
  растворились.
   - Что происходит?